Пять лет назад, 24 мая 2014 года, было принято Постановление Правительства РФ № 481, которое положило начало новой эре в развитии системы устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. С него начались кардинальные перемены в российских детских домах, школах-интернатах и домах ребенка. Впрочем, и их скоро не стало: на смену пришли центры содействия семейному воспитанию. Вместо постоянно меняющихся воспитателей — «социальные мамы», вместо общих спален — уютные «квартиры». Стало недопустимым направлять братьев и сестер по разным учреждениям.

О том, какой путь прошли столичные учреждения для детей-сирот, что изменилось в жизни воспитанников, о проблемах и достижениях мы поговорили с директором Центра содействия семейному воспитанию «Возрождение» Мариной Минаковой.

— Марина Вячеславовна, как давно вы работаете с детьми-сиротами и в ЦССВ «Возрождение» в частности?

— Работаю конкретно в этом учреждении с 1996 года. До этого работала в сфере образования и в системе Департамента культуры. Потом я оказалась здесь: сначала в качестве учителя английского языка, затем — завуча, с 2002 года стала директором. Тогда это была специальная (коррекционная) школа-интернат № 72, где обучались и проживали дети с задержкой психического развития. И вот с 2013 года наше учреждение от Департамента образования было передано в систему Департамента труда и социальной защиты населения. Название «Возрождение» появилось в 2015 году.

— Как вы приняли решение работать именно с детьми-сиротами?

— На самом деле, я не шла целенаправленно работать с сиротами. Педагогическая деятельность всегда меня привлекала: здесь совпали и любовь к иностранному языку, и желание быть учителем, которое появилось у меня еще в школьном возрасте. Работа в школе была этапом моей карьеры, потом были индивидуальные занятия с детьми. Не могу сказать, что работа с сиротами была осознанным конкретным желанием. Так сложились обстоятельства.

«Это правильная идея, чтобы учреждения имели не номера, а названия»

— Как появилось название центра — «Возрождение»? Как вы его выбрали?

— На самом деле, когда возникла замечательная и правильная идея, чтобы учреждения имели не номера, а названия, у нас было много мыслей на этот счет. Например, мы хотели отразить в названии наше территориальное расположение, как некоторые наши коллеги. А потом мы рассуждали так: основная масса детей попадает в центр, естественно, из неблагоприятных условий. В наших стенах они перерождаются, в каком-то смысле меняется их отношение к жизни, мировоззрение, появляются более позитивные мечты. Вот так и появилось название «Возрождение».

— Расскажите об истории ЦССВ «Возрождение».

— Само учреждение было построено в 1961 году. С тех пор оно много раз меняло направление своей работы. Изначально это была школа-интернат для детей дипломатических работников: родители уезжали за границу, а детей, если не могли взять с собой, оставляли в интернате.

Потом она трансформировалась в санаторную школу-интернат с математическим уклоном. В 1988 году стала школой-интернатом для детей-сирот, сначала для смешанного контингента воспитанников, а с 1992 года здесь жили дети с задержкой психического развития. В те времена сироты попадали в учреждения в соответствии с особенностями здоровья.

После 2014 года в нашем центре смешанный детский коллектив: и с точки зрения возраста, и с точки зрения состояния здоровья и каких-либо особенностей.

— То есть у вас воспитываются и малыши? И если беда случается в семье, где есть разновозрастные дети, то братья и сестры не разлучаются, как это было раньше, а оказываются в одном учреждении?

— Пока самому младшему ребенку из тех, что у нас воспитывался, был 1 год и 3 месяца. Это была девочка, она попала к нам в 2018 году. Ее старшая сестра уже жила в «Возрождении», потом и малышку к нам направили. Сначала нас это немного озадачило, так как мы не имели опыта работы с такими маленькими детками. Но мы справились. Сегодня обе сестренки воспитываются в семье. Потом была еще одна похожая семейная группа, тоже переданная в итоге в приемную семью.

— Теперь у вас живут и дети с особенностями развития?

— В основном с проблемами психиатрического характера. Детей с очень тяжелыми проблемами здоровья у нас пока мало, но вообще дети с инвалидностью воспитываются у нас тоже. На данный момент в «Возрождении» живет 11 таких ребят.

Из коридорного уклада проживания к квартирному

— В чем, на ваш взгляд, главное достижение реформы детских домов? Видите ли вы положительные изменения в жизни детей?

— Для нормального развития каждому ребенку необходима семья. Постоянная смена воспитателей, как это было раньше, приводит к нарушению развития привязанности и другим психологическим проблемам. Человек, выросший в детском доме, раньше достаточно тяжело адаптировался к самостоятельной жизни.

Реформа сделала приоритетной работу по устройству детей в семьи. При этом и условия жизни стали максимально приближены к семейным.

— Как реформа детских домов отразилась на жизни вашего учреждения?

— В тот момент, когда нас передали в ведомство ДТСЗН, это было интернатное учреждение со своим образовательным процессом: дети до 9 класса обучались здесь же, также имелись три группы дошкольного отделения. Была коридорная система проживания: длинный коридор, многоместные спальни, на одном этаже жили мальчики, на другом — девочки. Было два таких больших спальных корпуса. 481-е постановление потребовало создания условий, приближенных к домашним, не только в плане моральной атмосферы, но и чисто бытовой. С 2015 года у нас прошел капитальный ремонт двух корпусов с полной реконструкцией помещений под так называемые квартирные «ячейки семейного типа» — по сути, под квартиры для многодетной семьи. Пока мы ожидали, как все это будет оборудовано, испытывали, конечно, некоторое волнение. Первый корпус после ремонта открылся в сентябре 2015 года, когда ребята вернулись после летнего отдыха. Они стали жить в группах до восьми детей (при наличии малышей до шести лет группа может быть меньше). За группой закреплены два постоянных воспитателя и два младших воспитателя.

Младшие воспитатели отвечают за порядок в «квартирах» и питание. Главный плюс наличия младшего воспитателя в том, что, когда есть необходимость оставить с кем-то детей, они приходят на помощь. Например, когда воспитателю необходимо поехать к врачу с ребенком.

У нас никогда не было работы по графику «два через два». Сейчас один воспитатель, как правило, работает четыре дня, другой — три. Потом они меняются. С ними в паре младший воспитатель, их помощник, мы используем даже слово «помогатор».

— Если сравнивать с обычной семьей, то воспитатель — это мама, а младший воспитатель — бабушка?

— Ну да. Или тетя.

— Что вызвало больше всего сложностей при реформировании учреждения?

— Когда мы перестали обучать сами и ребята пошли учиться в близлежащие общеобразовательные школы: момент адаптации к школе, привыкание к новым условиям. Особенно это было тяжело для старших детей — девятиклассников с уже сформировавшимся характером. Отношение школ тоже, к сожалению, иногда бывает разное... Но нам в этом смысле повезло: наших воспитанников принимают с открытым сердцем и положительными эмоциями. Не очень просто было самим ребятам. Разное расписание уроков, разное время начала занятий. Нужно было успевать забирать всех детей вовремя из шести школ.

Что касается организации быта — конечно, тоже немного переживали. Произошла у нас и одна интересная история, когда нужно было оборудовать мебелью первый корпус. Получилось так, что оснащала нас фирма, в которой работает один из выпускников центра. Сначала мы об этом не знали, но когда фирма выиграла тендер, он вложил в работу душу и кусочек сердца, оборудовано все было качественно, хорошо и быстро. И, конечно, мы переживали за сохранность всего этого, т. к. дети все-таки разные... Но опасения наши оказались напрасными: созданные красота и уют мотивируют и детей вести себя иначе, бережно ко всему относиться.

— Вы видите плюсы того, что ваши воспитанники учатся в обычной школе?

— Безусловно. Процесс адаптации мы прошли. На сегодняшний момент ребята приобрели друзей в школе, могут заниматься не только в наших студиях дополнительного образования, но и в школьных, участвовать во всевозможных мероприятиях, экскурсиях. Школы приходят и к нам в центр: у нас проводятся и совместные праздники, и дискотеки — любые развлекательные мероприятия. Хорошо и то, что дети имеют возможность не круглые сутки находиться друг с другом, а все-таки менять среду обитания и расширять круг общения.

— Предстоят ли еще какие-то изменения в учреждении?

— Остался один корпус, не оборудованный по квартирному типу. Начало его реконструкции ожидается в этом году. Здесь должны появиться еще семь квартир. Сейчас в одном из переоборудованных корпусов их шесть, в другом — восемь. Может, кому-то не понравится скопление такого большого количества детей в одной месте, но все корпуса имеют отдельный вход. То есть, по сути, как многоквартирный дом. Дети могут пересекаться только по своему желанию. Условия максимально приближены к семейным.

Воспитание самостоятельности

— Как в «Возрождении» готовят воспитанников к самостоятельной жизни? Популярен миф, что выпускники учреждений для детей-сирот абсолютно не могут заниматься собственным бытом...

— С этим мифом можно поспорить. Одно могу сказать точно: во всех учреждениях по-разному. И, конечно, результат зависит от индивидуальной работы. Квартирное проживание дает детям очень много. У них есть возможность помогать в приготовлении еды: например, чистить картошку, мыть и резать овощи, мыть посуду. Стирка, глажка, уборка — всем этим занимаются сами дети. Уборщиц в квартирах нет. В группах теперь проживают дети разного возраста — старшие ухаживают за младшими. Помогают им с уроками, могут вместе с воспитателями забирать малышей из детского сада. Есть у нас и то, что раньше называлось трудовым воспитанием: ребята сажают цветы, участвуют в субботниках, красят оборудование на спортивной и детской площадках.

2-3 раза в год мы ходим в туристические походы. Это тоже своего рода знакомство с бытом, развитие навыков самостоятельности.

— А как дети учатся планировать бюджет?

— У большинства детей на счетах имеются определенные накопления. У кого-то больше, у кого-то меньше. Но ребятам надо уметь грамотно ими распорядиться. Воспитатели приводят примеры из своей жизни: рассказывают, как правильно оплатить коммунальные услуги, как заполнить счета, водят детей в магазины, в банки. С самого маленького возраста мы знакомим воспитанников с разными профессиями: малыши во время прогулки любят заглянуть в парикмахерскую, в магазин и т.д.

Представители Сбербанка проводят у нас «День финансовой грамотности». Из школы № 1450 «Олимп», где учатся наши дети, к нам приходит учитель экономики (это ее личная инициатива). Она на доступном языке рассказывает ребятам, например, о том, как не лишиться своих накоплений после выпуска из учреждения. Представители НКО в рамках профориентационной работы рассказывают им все, что касается грамотного обращения с деньгами. С нами активно сотрудничают волонтеры. Например, добровольцы из организации «Старшие братья, старшие сестры» с каждым ребенком работают как наставники. Мы настаиваем на том, чтобы такое общение не ограничивалось подарками и развлечениями. Наставники в том числе нужны для того, чтобы помочь ребятам подготовиться к самостоятельной жизни.

«Наши выпускники — в наших сердцах»

— Поддерживаете ли вы отношения с выпускниками?

— Наши выпускники — это отдельная тема, это то, что важно и дорого для наших сердец. У нас есть традиционное мероприятие, когда совмещаются день рождения центра и празднование Нового года. В этот день приходит огромное количество выпускников разных лет. Особенно радостно встречать тех, кого мы очень давно не видели. Они к нам приходят уже и со своими детьми. Выпускники не оторваны от нас. Выпускники, состоящие на сопровождении, продолжают приходить к нам заниматься в кружках и секциях.

Сегодня как раз я сказала «до свидания» очередной выпускнице. Она утром ждала меня с букетом. Приятно слышать искренние слова благодарности. Девушка получила отдельное жилье, квартира уже полностью обустроена. Придя попрощаться, она сказала: «Спасибо вам за то, что вы для меня сделали», — это дорогого стоит. Эту девочку мы растили с дошкольного возраста — практически всю ее жизнь.

У нас много выпускников, пришедших сюда работать воспитателями, водителями, техническими специалистами. Могу сказать, что наиболее благополучны те, кто не оторвался совсем от центра, поддерживает личные связи с нами.

Одна из наших сотрудниц-выпускниц стала победителем в своей возрастной группе (от 18 до 23 лет) в конкурсе «Моя Москва — мои возможности». Он проводился Центром «Детство» в прошлом году.

Раз в неделю выпускники приходят поиграть в спортивные игры с сотрудниками и воспитанниками.

«Случаи восстановления кровных семей, к сожалению, пока единичны»

— Непростой вопрос. Часто ли дети возвращаются из учреждения в кровные семьи? Проводит ли ЦССВ работу по восстановлению семьи?

— Не могу сказать, что такое бывает часто. Вопрос в целесообразности этого — все-таки дети изымаются из семей в силу очень сложных обстоятельств. Пребывание ребенка в учреждении при живых родителях, конечно, это трагедия! У родителей должны произойти существенные изменения в психологии. Не всегда они возможны... Главное, чтобы при возвращении ребенка домой ему не стало хуже, чем есть. Конечно, маму не заменит никто. Но случаи восстановления кровных семей, к сожалению, пока единичны. Чаще всего это происходит, когда родители выходят из мест заключения. Мы придерживаемся точки зрения, что такой родитель виноват перед законом, но не перед своим ребенком. Конечно, все родители разные. Кто-то из них звонит, пишет письма, интересуется. В первые же дни после освобождения они появляются у нас и проявляют желание воссоединиться с детьми. Есть такие моменты, да. Хотелось бы, чтобы их было больше.

Мы в обязательном порядке ведем работу с кровными семьями. При составлении индивидуального плана развития и жизнеустройства ребенка изучаются конкретные обстоятельства, целесообразность работы с семьей. Работают психологи, служба семейного устройства, по каждому ребенку индивидуально.

«Когда дети обнимают и целуют тебя, ты понимаешь, что нужна им»

— Чем вы больше всего гордитесь?

— Наверное, все-таки той внутренней атмосферой, которую удалось создать и не растерять за эти годы. Тем, что все наши ребята и выпускники хорошо знают: мы у них есть!

— Можете назвать свой самый трудный и самый счастливый рабочий день?

— Одним днем это вряд ли ограничится. Самым трудным был первый год работы директором. Тогда выпускным классом были дети, с которых я начинала свою работу в учреждении. Мне казалось, что я не имею права отдать их в руки другого педагога, очень переживала. Первый год был тяжелым, но никоим образом это не связано с детьми. С детьми как раз никогда не было серьезных проблем. Просто привыкание к этой должности, к ответственности — вот это, наверное, самое тяжелое.

Самый счастливый день тоже, наверное, не назову. В принципе (и это совершенно честно и искренне) можно по-разному чувствовать себя утром: состояние здоровья, настроение может быть разным, но когда переступаешь порог центра, все куда-то уходит — к тебе бегут дети. По дороге от метро мне встречаются ребята, которые идут в школы и колледжи, когда они тебя обнимают, целуют, говорят: «Доброе утро!», ты понимаешь, что нужна им, они нужны тебе. Им здесь хорошо.

— Вы столько лет проработали с детьми. Отличаются ли современные дети от своих сверстников в прошлом?

— Изменилось время, изменилась окружающая жизнь. Возможно, дети стали сложнее, потому что тяжелее стала их наследственность. Не во всех, конечно, случаях. Но дети стали и более интеллектуально развитыми в силу того, что общество идет вперед, более самостоятельными. На сегодняшний момент, выходя от нас, они больше адаптированы к самостоятельной жизни, чем их предшественники. Самое главное — они знают, что им есть куда обратиться, у кого попросить помощи и совета.

— Какие традиции отражают дух вашего учреждения, неизменны ни при каких реформах?

— У нас нет где-то записанного девиза. Но я стараюсь донести до всех сотрудников: все, что они не доделают для того или иного ребенка, не сделает никто. У наших воспитанников есть только мы. Самое главное, чтобы дети понимали: даже когда их ругают и запрещают что-то, это делается от заботы и неравнодушия.

Мы гордимся нашим дополнительным образованием. Дети с удовольствием занимаются в театральной студии. Она называется «Я — артист», руководитель — Ирина Горохова. Ирина Геннадьевна начала работать в центре еще до 18 лет, сначала помощником воспитателя. Параллельно получала образование. Трудится здесь уже около 20 лет. Театральная студия — то место, в которое дети просто бегут!

Из года в год мы становимся лауреатами и победителями в различных театральных конкурсах. В прошлом году победили во Всероссийском конкурсе детского художественного творчества детей-сирот «Созвездие».

Спектакли есть и для малышей, и для тех, кто постарше. Показываем их неоднократно, приглашаем гостей. Театральная студия — это своего рода арт-терапия, которая очень много дает нашим воспитанникам. Ирина Геннадьевна старается донести до ребят, что если они выходят на сцену и на них смотрят зрители, то нужно быть достойным этого.

Участвуют наши воспитанники и в праздниках. Полностью выкладываются все: кто-то — на сцене, кто-то — в оформлении учреждения. Они этим живут. Например, скоро пройдет наш традиционный фестиваль «Весенняя капель». Мы проводим его уже шесть лет. Раньше в нем участвовали только воспитанники наших учреждений, теперь мы расширяем границы. К участию приглашены и дети, занимающиеся в различных кружках и студиях дополнительного образования нашего города, ученики общеобразовательных школ.

Традиции — это и наши выпускники, которые всегда с нами.

Беседовала Анна Голованова, контент-редактор Центра «Детство»