В Москве живёт более 40 тыс. детей с инвалидно­стью. Они участвуют в олимпиадах и сдают спортивные нормативы. побеждают в конкурсах и занимаются искусством. Без сильных духом родителей этого не достичь. Как и без мощной системы соцподдержки. Что же делается для таких детей в столице?

Хочу в «Вышку»

Международный день инвалидов отмечается 3 декабря. Это хороший повод рассказать о московских практиках. Компенсации, выплаты, пособия, путёвки в санатории, технические средства реабилитации — подобная помощь в Москве давно отлажена. Но есть ещё одно направление городской поддержки, без которой родителям пришлось бы сложно. В обычный садик или школу могут ходить далеко не все дети с инвалидностью (притом что инклюзивное образование в столице существует не на словах, а на деле). Если ­колясочникам важна доступная среда, без которой сегодня ни одно социальное учреждение Москвы не строится, то, например, с незрячими всё сложнее. В столице живут 10,3 тыс. слабовидящих и слепых ребят. У кого-то полная слепота, у других в медкарте записано ещё несколько диагнозов, и в таких случаях ребёнку требуется особая развивающая среда.

«АиФ» побывал в школе-интернате № 1 для обучения и реабилитации слепых, где всё продумано до мелочей. Первое, чему мы удивились, это шуму из спортзала. Там ученики начальных классов сдавали нормативы — подтягивания, отжимания, броски мяча, всё как обычно. Когда учитель ведёт урок вместе с инструкторами по адаптивной физкультуре, можно любую спартакиаду устроить. Заглянули к первоклашкам, которые играли в КВН по мотивам сказок, побывали в кабинетах географии, биологии.

«У нас обучение длится не 11, а 12 лет, но ОГЭ и ЕГЭ ребята сдают обычные (кроме учеников с особенностями ментального развития), — рассказывает замдиректора по учебно-воспитательной работе Ирина Хватова. — Во Всероссийской и Московской олимпиадах дети участвуют весьма успешно, многие готовятся поступать в вузы».

Старшеклассников мы поймали на уроке алгебры, и они рассказали о том, что любят: о рок-музыке, собственных достижениях, любимых писателях и планах на будущее. «За моё призёрство в олимпиадах я получил грант в 150 тыс. рублей, —говорит Андрей Якубой. — Люблю филологию, из писателей мне ближе всего Стивен Кинг. Поступать хочу в Высшую школу экономики на компьютерную лингвистику. Или выберу IT-технологии, ещё не решил точно».

Кстати, о технологиях. С 6-го класса ученики этой школы работают на специальных машинках и ноутбуках с брайлевским дисплеем. А уж специальные программы на своих смарт­фонах они знают в совершенст­ве. «У меня есть программка на телефоне, которая работает как навигатор, — объясняет 10-классник Никита Шайкин. — Я как раз сейчас с педагогом по ориентировке в пространстве прорабатываю свой маршрут от дома до школы. Он непростой — нужно и пешком идти, и на метро ехать, и на электричке».

Канистерапия с маламутами

По словам Ирины Хватовой, вопрос, как добраться до школы, — один из самых актуальных для родителей: «Ездить каждый день через всю Москву очень тяжело, поэтому из 308 воспитанников 105 в будни ночуют в интернате. — У нас такой сильный блок дополнительного образования (есть даже филиал музыкальной школы), что они освобождаются только вечером». К каждому ребёнку здесь индивидуальный подход, учителя находят общий язык со всеми учениками. Например, в кабинете труда стоит птичий гомон. «Я прикормил голубей и синичек, чтобы они чирикали на подоконнике, — объясняет преподаватель тех­нологии Николай Шашков. — Многие ребята специально садятся близко к окну ради такой „музыки“. Знаете, сколько мы с учениками деревянных кормушек уже смастерили?»

А ещё слепые школьники постоянно изучают Москву. По мнению замдиректора по воспитательной работе Святослава Булавкина, такая социализация не менее важна, чем бытовая: «Здорово, что в Москве музеи, театры и другие учреждения культуры не просто ждут слепых посетителей, но и готовят специальные программы. Например, в „Москвариум“, зоопарк или Дарвиновский музей ребята едут на выездные уроки по биологии, в столичных театрах есть хороший выбор иммерсивных спектаклей и постановок с тифлокомментарием».

Что важно: интернат № 1 — далеко не единственное место, где созданы все условия для ребят с инвалидностью (см. справку). Мы побывали на другом конце Москвы — в центре содействия семейному воспитанию «Южное Бутово». Там занимаются двести с лишним детей с нарушениями в развитии (есть дневная, пятидневная и постоянная формы пребывания). И тоже жизнь бурлит. Поездки за город, уроки канистерапии (это метод реабилитации) с аляскинскими маламутами, тренировки в бассейне, ну и конечно, творчество. «Все — от детсадовцев до выпуск­ников — чем-то увлекаются, — уверен педагог дополнительного образования и преподаватель студии „Волшебные краски“ Елена Зорина. — Искусство помогает ребёнку высказаться, даже если он не разговаривает. Я постоянно выкладываю рисунки наших ребят в Инстаграме (instagram.com/mama.kyzi)». А ещё в центре работают клубы для родителей детей с особыми потребностями, им помощь нужна не меньше, чем их сыновьям и дочкам. Ходить туда может любой москвич. И напоминаем: вся информация о мерах городской поддер­жки инвалидов собрана на сайте мэра Москвы mos.ru. Будьте в курсе всех новых активностей и возможностей.

Справка

В Москве работают:

  • 11 центров социальной реа­билитации.
  • 8 реабилитационно-образовательных центров.
  • 98 отделений реабилитации на базе ТЦСО и центров поддержки семьи и детства.